Помогаем зависимым
и их семьям

ОБЪЕКТИВНАЯ ИНФОРМАЦИЯ О РЕАБИЛИТАЦИИ ЗАВИСИМЫХ ОТ АЛКОГОЛЯ И НАРКОТИКОВ


Мы свяжемся с Вами и проконсультируем,
как помочь себе и своим близким
справиться с зависимостью.

СОЗАВИСИМОСТЬ

 


 

У созависимости — существует большое количество определений, отражающих самые разные ее стороны. Это болезненная привязанность к отношениям с кем-либо и к проблемам, которые эти отношения вызывают. Так же можно сказать, что это чрезмерная озабоченность чем-то или кем-то и чрезвычайная зависимость — эмоциональная, социальная, бывает даже физическая от этого человека, процесса или явления. Это долговременное подчинение человека жестким правилам, не допускающим открытого выражения чувств и непосредственного обсуждения внутренних и межличностных проблем.

Очевидно, что последствия употребления алкоголя или наркотиков кем-то из членов семьи, сказываются не только на их супругах, а на всем составе семьи (детях, родителях, внуках, братьях и сестрах), а также на друзьях и, даже, сотрудниках, в общем, всех, кто принимает близкое участие в жизни химически зависимого.

Часто родители и супруги химически зависимых людей сами являются детьми, внуками или племянниками алкоголиков или наркоманов. В детстве им были знакомы: стыд перед приятелями; страх перед непонятным и, часто, агрессивным поведением родителей; недостаток их внимания; ощущение ненужности, отверженности; неопределенность. Чтобы адаптироваться к этой обстановке, снизить интенсивность болезненных чувств, они вынуждены были приспосабливаться к настроению взрослых. Если ребенок от самых близких людей, которые, конечно же, любят его, но не умеют или не в силах уделить ему достаточно внимания, постоянно слышит: «Не мешай, оставь меня в покое, иди, займись своими делами; что ты лезешь со своей ерундой; что за глупые вопросы…», — для него в порядке вещей становится ощущение своей не важности для родителя. Получается, что его впечатления, вопросы, чувства — не такие, как нужно, не имеют ценности. Быть самим собой — опасно, т.к. другие реагируют обидным образом. Это вынуждает их держать дистанцию с другими людьми, они не умеют сближаться. Такой стиль для них — в порядке вещей. Выработанные защитные формы поведения, закрепившись намертво, заставляют их уже во взрослом возрасте попадать в ситуации и создавать отношения, которые были привычны в детстве. Что может быть более естественным для ребенка, родители которого страдали наркоманией или алкоголизмом, чем вступать в отношения с наркоманом или алкоголиком, действующим или потенциальным?!

 

Можно рассмотреть созависимость близких наркоманов и алкоголиков, исходя из определения, с точки зрения разрушающих мыслей, эмоций и форм поведения:

Про мысли — Разрушающие мысли центрируются вокруг следующего: «Я должен сделать все, чтобы он (она) не употреблял больше наркотики (алкоголь). Я могу это сделать, я знаю как ему (ей) себя вести». Но употребление у зависимого человека, если и можно контролировать, то лишь эпизодически и очень недолго, поэтому контролирующий человек постоянно сталкивается с провалом, какие бы усилия он ни прилагал. Чувства, которые сопровождают этот процесс — вина, растерянность, безысходность, постоянное напряжение, тревога, страх, злость. Жить с ними невозможно, необходимо прятать их от себя и других, вытеснять из сознания, искать способы отвлечься от них. Главными феноменами поведения являются: потакательство, отрицание и приуменьшение чувств и проблем, сопротивление переменам.

«Потакательство». Потакать, означает помогать, быть рядом, заботиться, поддерживать, т.е. помочь чему-либо осуществиться. Это нормально, если только помощь и поддержка не направлены на саморазрушающее поведение другого человека. Где проходит грань между помощью и патологическим потаканием? Есть два признака чрезмерной, патологической помощи: Если наше желание помочь и наше поведение наносят вред другому, не дают ему возможность самому нести ответственность за свои действия и их последствия, ограничивают его возможности развиваться, учиться новому. Если для самого помогающего его поведение опасно.

Все устремления созависимого человека направлены на то, чтобы изменить своего близкого — наркомана или алкоголика, но задача эта невыполнима. Лишь отдельные попытки проконтролировать употребление успешны. Они поощряют созависимого стараться все больше и больше и снова сталкиваться с проигрышем (невозможно проконтролировать поведение другого человека, заставить его вести себя так, как бы хотелось нам). Тогда ощущение собственной ценности у человека, пытающегося исправлять, сильно снижается. Он постоянно чувствует себя неуспешным, никчемным, виноватым. К тому же, погружаясь в проблемы близкого, созависимый пускает свою жизнь на самотек, ему уже не до себя, его трудности накапливаются, а значит, растет тревога, беспокойство, раздражение. Появляется ощущение, что жизнь летит мимо него, снижается самооценка. Такое состояние созависимого прогрессирует параллельно прогрессированию зависимости от наркотиков или алкоголя, истощает его, приводит к депрессии, соматическим заболеваниям, мыслям о самоубийстве.

Потакательство развитию зависимости заключается в неумеренных попытках родственников проконтролировать употребление и уменьшить его последствия, скрыть их от окружающих: близкие наркомана или алкоголика начинают оправдывать его перед родственниками, друзьями, коллегами, выплачивать за него долги, улаживать дела в школе, а потом в ВУЗе; они снова и снова дают деньги на детоксикацию и не редко на дозу спиртного или наркотиков, ищут средства на очередное лечение; приводят в порядок одежду, испорченную в состоянии опьянения, покупают новую; берут на себя домашние обязанности; контролируют звонки и визиты знакомых своего ребенка или супруга и т.д. Влечение алкоголика или наркомана к веществу усиливается и созависимому приходится все больше стараться, чтобы удержать ситуацию под контролем. Потакательство разрастается: попытки спасти, угрозы, мольбы и шантаж, манипуляции обретают безобразные формы. В конце концов, созависимый вынужден взять на себя ответственность за поведение и жизнь человека с химической зависимостью, т.е. поощрять и поддерживать развитие его зависимости. Наркоман или алкоголик не может увидеть весь ужас реальности, в которой он живет, достичь «своего дна» и начать попытки выбраться на поверхность.

Сам созависимый чувствует все большую изоляцию, одиночество, страх, злость, вину, стыд, смятение. И не ослабевает надежда, что если я сделаю как надо, если я буду стараться еще больше, ребенок или супруг перестанет употреблять. Т.е., потакающее поведение в семьях с химической зависимостью имеет очень высокую цену для обеих сторон.

Про отрицание — Когда человек узнает, что кто-то из его близких и любимых людей зависим от алкоголя или наркотиков, он пытается как можно дольше отодвигать от себя это знание, отрицать его, как и мысли о возможных последствиях для всей семьи. Еще труднее близким осознать, что они сами создавали условия для развития зависимости, а нынешние их попытки помочь бросить наркотики или алкоголь — приносят вред. Особенно сложно это для людей, которые не представляют своей жизни без попыток помогать другим и контролировать их. А у созависимых — это стиль жизни. К тому же, чрезмерная забота о близких, жертвы ради них своим временем, интересами, материальными благами в нашем обществе поощряются: «Ты такая сильная, всю семью на своих плечах тащишь»; «Жаль, конечно, что вы с женой снова не смогли отдохнуть /поменять квартиру, купить необходимые вещи…/, зато выделили деньги на лечение дочери. Вдруг на этот раз она действительно перестанет колоться»…. Благодаря этому поднимается самооценка созависимых людей, которая занижена у них с детства и сильно зависит от мнения окружающих. Но она повышается лишь на короткое время, а потом они снова нуждаются в чужом одобрении и добиваются его любыми путями, как алкоголик или наркоман очередной дозы.

Созависимые люди могут упорно и даже агрессивно отрицать необходимость собственных изменений. Порой, сопротивление химически зависимых и созависимых приобретает одинаковую форму: Наркоман или алкоголик убежден сам и убеждает окружающих, что в любой момент может остановиться или употреблять умеренно. Родственник убежден, что он может своими стараниями заставить близкого не употреблять. Ни то, ни другое не соответствует действительности. «Зачем мне ходить на группу? — говорит наркоман. — Мне бы капельницу, и все будет в порядке, приду в себя и больше не буду употреблять, что же я, враг себе, такие мучения принимать?!». «Зачем мне идти на группу? — говорит его мать или отец, или супруг, — не я же колюсь то.. (он же уже бросил)»).

Химически зависимый живет в глубочайшем отрицании своих проблем, а созависимый многократно усиливает его отрицание своим. Просто сказать человеку, что он созависимый, а значит вредит себе и другим, что ему срочно надо менять свое поведение, бессмысленно, да и неэтично. Нельзя обвинять людей в том, что у них есть определенный набор мыслей, чувств и форм поведения, разрушающих их самих, которые они усвоили в своих родительских семьях и позже, во взрослом возрасте для того, чтобы справиться с болью. В каждом созависимом — тот самый ребенок, который был уязвлен недостатком внимания и любви со стороны взрослых. Он нуждается не только в информации о себе и о том, что ему нужно изменить в себе, но и в понимании, принятии, помощи и поддержке. Созависимые люди чувствуют себя ответственными за то, чтобы удовлетворить потребности других людей даже за счет своих собственных. Они изменяют себя, подстраивают для того, чтобы угодить другим, доставить им удовольствие, получить одобрение. Это часто происходит из-за страха того, что если мы откроем другому свои истинные чувства, то будем отвергнуты им, поэтому вместо реальности, нужно показывать красивую картинку, которая будет другим приятна и необременительна. Это их способ сблизиться. То же самое происходит в отношениях ребенка и родителя, когда по отношению к ребенку проявляется насилие любого рода: сексуальное, физическое или эмоциональное. Ребенок часто готов терпеть это насилие прощать и оправдывать родителя из-за страха совсем лишиться его внимания. Другие способы близкого общения могут быть и незнакомы людям, чьи чувства и желания в детстве не получали уважения. К тому же, умея в совершенстве подстраивать себя под других, можно таким образом, успешно манипулировать и влиять на их поведение.

 

Про самооценку — Низкая самооценка. Она приходит из двух источников. Первый — созависимый живет жизнью других. Его собственная жизнь — лишь реакция на чужое поведение. Его личность перестает развиваться. В нем действительно остается очень мало того, что принадлежит лично ему (его талантов, способностей, особенностей характера и т.п.). оценивать попросту нечего. Второй источник — это убеждение созависимого, что он отвечает за другого человека. Здесь он постоянно терпит неудачи и разочарования, это приводит его к ощущению собственной неадекватности, потому что наша способность контролировать других — это иллюзия.

Про чувства — Одной из наиболее специфичных черт созависимости является сужение спектра и уменьшение интенсивности испытываемых и проявляемых чувств. Это можно назвать эмоциональной заторможенностью. Такая особенность начинает формироваться в раннем детстве, когда ребенок, встречая неприятие окружающими сильных и непосредственных проявлений своих чувств, сначала привыкает все больше сдерживать их, а потом и сам перестает их в себе замечать и выражать. Запрет на проявление чувств детьми можно наблюдать повсеместно: «Не распускай нюни!; «Хорошие девочки не плачут»; «Мальчик должен быть смелым, темноты боятся только трусы»… Проблемы возникают тогда, когда мы забываем: невозможно чувствовать только приятное и оставаться безразличными к неприятному. Если человек гасит в себе обиду и злость, то он не может бурно проявлять и радость, восторг, изумление… Запас слов, описывающих чувства, истощается, не ясно и неотчетливо появляются различия между словами, обозначающими сходные чувства. Внешне человек может выглядеть спокойным и сдержанным, но в нем незаметно для других, а часто и для него самого бушуют ураганы эмоций. Они могут прорываться наружу в виде неуправляемых эмоциональных проявлений: вспышек ярости, приступов плача, периодов тоски и депрессии. Но могут и все время оставаться скрытыми непроницаемой броней, обнаруживаясь лишь в виде психически и соматических расстройств, таких как хронические, плохо поддающиеся медикаментозному лечению астма, гипертония, мигрени, радикулиты, остеохондроз, язвенные болезни, болезни нарушения сердечно-сосудистой деятельности, различного рода аллергии, многие сексуальные расстройства, онкологические заболевания.

Про неуправляемость — Созависимые люди, контролируя других, погружаясь в их проблемы, прячутся за этим от решения своих собственных, от осознания реальности. Они были предрасположены к этому с детства, а за период жизни с наркоманом или алкоголиком эта особенность усиливается. Созависимому необходимо все сильнее занимать свое внимание, мысли, чувства чем-либо или кем-либо, чтобы не видеть, во что превратилась его собственная жизнь. Это похоже на то, что происходит с человеком, зависимым от алкоголя или наркотиков. Он уже начинает понимать, что находится в огромной опасности, но мысль об отказе от вещества еще более ужасна. Чтобы вытеснить пугающие переживания надо напиться или сделать инъекцию. Поэтому созависимый всегда найдет у другого проблему, требующую решения и его помощи, еще много в своем близком, что нужно изменить, над чем поработать. Родственники химически зависимых не успокаиваются, когда те перестают употреблять. Они не могут насытиться в своем стремлении переделывать жизнь других. Так же, эта ненасытность проявляется в разных формах их собственного компульсивного поведения: они неуправляемы в еде, в намерении много работать, сидеть на диете и похудеть, держать дом в идеальном порядке. Это может быть компульсивное погружение в религиозность, в азартные игры, или трату денег. Они могут начать физически рисковать всевозможными способами, иметь много любовных приключений и т.д. Когда перечисляем все эти формы неуправляемого поведения, очевидно, что созависимость, точно также, как и химическая зависимость, есть болезнь тела, ума и чувств, потому что неуправляемое поведение создает хаос и разрушение абсолютно во всех областях нашей жизни. Компульсивное поведение, помимо того, что занимает время и чувства, позволяет вытеснить проблемы, служит еще одной цели: дает ощущение возбуждения, драмы, чтобы чувствовать вкус жизни. Со временем такое поведение переходит в устойчивые привычки, которые могут особенно обостриться. Когда близкий начинает избавляться от химической зависимости и глобальная проблема, за которой можно было спрятаться от своих исчезает , у родных возникает сильное беспокойство, которое они сами себе не могут объяснить, а уменьшают его при помощи компульсивного поведения. Эти привычки затрудняют созависимым процесс собственных изменений: «Когда мне ходить на группу, а кто будет дома убираться /я работаю с утра до ночи/!?»

Важно, так же, знать, что наличие химической зависимости не исключает проблем созависимости. Напротив, зависимость от вещества развивается на базе особенностей личности, которые присущи созависимым людям. Когда алкоголик или наркоман начинает устойчиво «выздоравливать», то проблемы с веществами рано или поздно утрачивают свою остроту, и тогда на первый план выходят трудности эмоционального плана, в отношениях с людьми, с самим собой, которые существовали у человека до формирования химической зависимости. Когда человек осознает и принимает, что он не властен над поведением своих близких, он постепенно прекращает свою бесплодную борьбу. Тогда высвобождается огромное количество энергии, которая была завязана на эту битву и ее можно использовать на решение своих проблем. Может быть впервые в жизни человек начинает сознавать, что он может жить по иному, гораздо более полно и разнообразно. Он соприкасается со своими чувствами, желаниями, жизненным предназначением, начинает пробовать что-то менять. Освобождаясь от созависимости, человек обретает личную независимость во всех сферах жизни, это процесс обретения зрелости, внутренней и внешней гармонии.

Напишите нам
Напишите нам




Меню